Пробуждение

1

Сначала был свет.

Он не был похож на тот свет, о котором пишут в книгах про смерть — никаких тоннелей, никаких ангелов, никакого покоя. Этот свет был резким, белым, безжалостным. Он бил прямо в глаза, даже сквозь закрытые веки.

Я попытался отвернуться. Не вышло. Шея не слушалась.

Тогда я попытался поднять руку, чтобы прикрыть лицо. Рука поднялась, но как-то странно — дергано, неловко, будто я первый раз в жизни управлял этим механизмом. Пальцы сжались в кулак. Разжались. Снова сжались.

— Не дергайся, — сказал голос. — Сейчас калибровка пройдет.

Голос был женский. Уставший. Такие бывают у медсестер в конце смены или у учительницы, которая объясняет одно и то же двадцатый раз.

Я открыл глаза.

Надо мной нависал потолок. Белый, высокий, с едва заметными разводами. Где-то гудели вентиляторы — ровно, монотонно, как будто они гудели здесь тысячу лет и будут гудеть еще столько же. Пахло озоном и чем-то сладковатым. Пластик? Медицина?

Рядом стояла девушка. Лет двадцати пяти, короткая стрижка, серая униформа без каких-либо знаков отличия. В руках она держала тонкую прозрачную пластину — по ней бежали строки текста, которые я не мог разобрать.

Я попробовал пошевелиться. Тело слушалось лучше, чем минуту назад. Я лежал в капсуле, заполненной мутной жидкостью, которая быстро уходила куда-то вниз. Кожа была мокрой, но почти сразу высохла.

— Как самочувствие? — спросила девушка, не отрываясь от планшета.

Я открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Где я? — спросил я.

Голос был мой. Хриплый, но мой.

Она подняла глаза. Посмотрела на меня с легким, почти незаметным удивлением.

— Станция «Возврат», — ответила она. — Сектор 7. Уровень 3456. Ты вышел из «Этернити» пятнадцать минут назад.

«Этернити». Слово отозвалось где-то в глубине, но не родило ни одной картинки.

— Сценарий: «Древняя Земля», — продолжила она монотонно, как робот, зачитывающий инструкцию. — Локация: Россия, Москва. Временной отрезок: 2020–2026. Продолжительность сессии: 78 лет. Смерть: естественная, во сне.

78 лет.

Я прожил 78 лет во сне?

— Твои воспоминания должны синхронизироваться в течение часа, — сказала она. — Сейчас может быть небольшая дезориентация. Это нормально.

Я сел.

Жидкость окончательно стекла, капсула была сухой. Я опустил глаза вниз и увидел свое тело. Руки, ноги, грудь — обычные. Но выглядели они так, будто я их видел впервые.

— Тапочки вон там, — девушка махнула рукой куда-то в сторону. — Одежда по размеру. Разберешься?

Я посмотрел туда, куда она указывала. У стены стояла стойка с аккуратно сложенной одеждой. Все серое.

— Наверное, — ответил я.

Она хмыкнула — то ли усмехнулась, то ли просто выдохнула — и вышла. Белая дверь закрылась за ней с мягким шипением.

Я остался один.

---

2

Комната была небольшой. Десять капсул, в которых лежали люди. Некоторые уже открывались. Жидкость стекала, люди выбирались наружу, мокрые, голые, но они не выглядели растерянными. Они смотрели на свои руки, на потолок, друг на друга — и на их лицах появлялось узнавание.

— Блин, опять эта дурацкая жидкость в уши натекла, — проворчал мужик из соседней капсулы. Он был лысоват, с небольшим животом, и сейчас яростно тряс головой, пытаясь вытрясти воду.

Женщина напротив засмеялась.

— А помнишь, как мы в 22-м в очереди за гречкой стояли? — спросила она, выжимая мокрые волосы. — Я там туфли новые порвала.

— Ой, не говори, — отозвался мужик. — А помнишь тот дурацкий карантин? Я тогда с соседями через стенку перезнакомился. Всю жизнь в одном доме жили — и только там заговорили.

— Да ладно! А я помню, как мы с подругой...

Они говорили, перебивая друг друга. Смеялись. У них были общие шутки, общая память, общая боль. У них было слово «помнишь».

Я смотрел на них и не понимал.

Я встал. Ноги держали уверенно. Я подошел к стойке с одеждой. Серые штаны, серая футболка, серые носки. Все одного размера. Все пахло свежестью и ничем.

Я оделся.

Металл двери был прохладным под пальцами. Дверь открылась без звука.

---

3

Коридор был длинным. Очень длинным. Настолько длинным, что терялся где-то вдалеке, превращаясь в точку. Стены светились ровным белым светом, но я не видел ни одной лампы — свет шел отовсюду и ниоткуда.

По бокам тянулись двери с номерами. Из них выходили люди. Кто-то улыбался, кто-то плакал (видимо, тяжелая жизнь в симуляции), кто-то сразу бежал куда-то по делам, даже не оглядываясь.

Я стоял в центре потока. Люди обтекали меня, как вода обтекает камень. Они не смотрели на меня. У всех были цели. У всех были имена. У всех были воспоминания.

Я сделал шаг. Потом другой.

Я просто шел. Не знаю, сколько времени. Может, минуту. Может, час. Время здесь чувствовалось иначе.

В конце коридора была стена. Вернее, не стена, а огромный экран. Во всю стену. На нем бежали строки.

Я подошел ближе.

«Добро пожаловать домой, гражданин. Ваш баланс:»

Квантумы: 12 500

Гектары: 0

Репутация: 0

Я смотрел на эти цифры. 0. 0. 0.

— Ни хрена себе, — раздалось сзади.

Я обернулся.

Парень. Чуть старше меня. Та же серая одежда. Короткие светлые волосы, колючий взгляд. Он только что вышел из соседней двери и теперь смотрел на экран поверх моего плеча.

— Ну ты бомж, — усмехнулся он. — Ноль репутации. Ты вообще кто по жизни?

Я посмотрел на него. Открыл рот.

— Я не знаю, — сказал я.

Он улыбнулся шире.

— А, ну да, первые полчаса всегда туман. Сейчас вспомнишь. У меня самого полдня голова квадратная была.

— Нет, — сказал я. — Я правда не знаю.

Он перестал улыбаться.

Посмотрел на меня внимательнее. Всмотрелся в глаза. И я увидел, как что-то меняется в его лице. Сначала недоумение. Потом легкий страх.

— Ты чего? — спросил он тише. — Имя свое помнишь?

Я задумался.

Имя.

У меня было имя. Там, во сне. Я прожил 78 лет. У меня была мать, отец, может быть, жена и дети. Я ходил на работу, смотрел телевизор, стоял в очередях за гречкой.

Я попытался вспомнить хоть что-то.

Пусто.

Серый фон. Никаких картинок. Никаких лиц. Никаких имен.

— Нет, — ответил я.

Парень отступил на шаг. Машинально, даже не осознавая этого. Его руки дернулись, будто он хотел либо похлопать меня по плечу, либо убежать.

— Слышь, мужик, — сказал он быстро. — Ты это... сходи в медблок. Серьезно. Бывает. Стресс. Но обычно проходит.

Он похлопал меня по плечу — быстро, два раза — и ушел. Почти убежал. Его шаги застучали по полу и стихли за поворотом.

Я остался один.

---

4

Я снова смотрел на экран. Цифры не менялись.

12 500.

0.

0.

— Ма-ам, ну подожди!

Голос ребенка. Высокий, звонкий.

Я обернулся.

По коридору шла девушка. Молодая, с длинными темными волосами, собранными в хвост. Рядом с ней бежал мальчик лет пяти. В руках он тащил игрушечного робота — старого, потрепанного, с отломанной антенной.

— Мам, а в той жизни у меня была собака? — спросил мальчик, запыхавшись.

Девушка остановилась. Присела на корточки, поправила ему воротник.

— Была, зайчик, была, — сказала она мягко. — Золотистый ретривер. Помнишь, как ты с ним в парк ходил?

Мальчик заулыбался.

— Помню! Он любил палки. Я кидал, а он приносил. А почему его сейчас нет?

— Потому что это было там, милый. А здесь мы начнем сначала. Заведем нового.

— А такого же?

— Какого захочешь.

Мальчик кивнул и снова побежал вперед, таща робота по полу. Девушка поднялась, улыбнулась ему вслед и пошла дальше.

Они прошли мимо меня. Даже не взглянули.

Я смотрел им вслед, пока они не скрылись за поворотом. Пока их голоса не стихли.

«Помню».

Он сказал «помню».

У него было «помню».

У всех было «помню».

Я повернулся к экрану. Ноль.

И вдруг — впервые с момента пробуждения — я почувствовал что-то. Не страх. Не панику. Что-то другое.

Тишину.

Не ту тишину, которая бывает, когда вокруг никого. А ту, которая бывает внутри, когда там ничего нет.

Я постоял еще минуту. Потом развернулся и пошел.

Не в ту сторону, куда ушли все. В другую. Туда, где коридор был темнее. Где светильники работали через один. Где двери были старыми, с облупившейся краской.

Я не знал, почему иду туда. Просто ноги понесли сами.

Будто тело знало то, что мозг забыл.

***Download NovelToon to enjoy a better reading experience!***